Красная зона

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в telegram

Так уж совпало, что перед тем, как побывать в «красной зоне» ковид-госпиталя на базе НИИ­-ККБ № 1 города Краснодара, нам на просторах сети попался материал о работе врачей после Бородинского сражения 1812 года: с поправкой на время и на чисто технические возможности это был шок! Впрочем, список таких примеров в истории Российской империи можно продолжать очень долго, и даже в нашем продвинутом XXI веке актуальность подвига лекаря никуда не исчезла.

Первые пациенты

Красная зона

Коронавирус стал вызовом для всего человечества, и, естественно, с основными методами борьбы с ним надо было знакомиться, что называется, на ходу. Перенимать опыт организации госпитальной структуры в московский институт имени Склифосовского ездили руководитель инфекционного госпиталя Иван Юрьевич Шолин и заведующий отделением реанимации Евгений Александрович Попов. По иронии судьбы, или такова судьба всех врачей-инфекционистов, они-то и стали первыми пациентами вновь организованной структуры экстренной помощи! Как уже потом вспоминали «первые пациенты», которые теперь здравствуют и спасают других, это был ценный опыт, и в первую очередь, в психологическом плане: лежать в полном одиночестве, когда вокруг тебя, по сути, ничего не происходит, крайне тяжело. Поэтому было принято решение не изолировать пациентов от внешнего мира и оставить им мобильные телефоны, поскольку общение с родственниками и друзьями поднимает моральный дух и мотивирует к выздоровлению.

Как это устроено

Бывшее реанимационное отделение № 7 переоборудовали под госпиталь в кратчайшие сроки: устроили прозрачные герметичные перегородки, отсекли вентиляцию, обеспечили лечащий персонал рациями. Общение по рациям происходит по особым правилам, так как пациенты не должны слышать обсуждение врачебных тайн. Здесь все как на войне: есть штаб, есть прифронтовая полоса, есть зона боевых действий. В «штабе» сосредоточены истории болезней, вся документация по текущему лечению, здесь проходят совещания и принимаются важные и судьбоносные решения. В «при­фронтовой полосе» или попросту в комнате для переодевания персонал облачается в специальные костюмы, больше напоминающие скафандры космонавтов из фантастических фильмов. Собственно, и правила организации такой комнаты практически ничем не отличаются от шлюзования на МКС — международной космической станции. И, наконец, сама зона…

СПРАВКА
Краевая больница — единственное медицинское учреждение на Кубани, которое в условиях инфекционного госпиталя оказывает многопрофильную помощь самым тяжелым пациентам с сопутствующим COVID-19 заболеваниями. Ковид-госпиталь на базе НИИ-ККБ № 1 открыт с 1 апреля 2020 года.
Среди медицинских учреждений края только в НИИ-ККБ № 1 применяется экстракорпоральная мембранная оксигенация — ЭКМО. Для многих тяжелых больных это единственный шанс на спасение. Одномоментно клиника использует пять аппаратов ЭКМО. Выживаемость на ЭКМО в НИИ-ККБ № 1 составляет 27 % — это выше, чем по всей стране. В 2020 году в госпитале экстракорпоральная мембранная оксигенация применялась более 50 раз.

Издержки

Сказать, что медперсонал НИИ­-ККБ № 1 в период пика заболеваемости в 2020 году работал просто на износ — это не сказать ничего. Ковидные пациенты заняли около трехсот коек, из которых треть были реанимационными. Заполнено было все, что можно, в дело пошли даже отдельные «каморки» сестер-хозяек. Особую остроту всему процессу придавал тот факт, что надо было очень оперативно отделять коронавирусных пациентов от остальных, лежавших в различных отделениях.

Норматив нахождения в «красной зоне» в специальных костюмах — 6 часов. По словам Ивана Шолина, неизбежное нахождение медперсонала в шлюзовой зоне растягивает время реакции на экстренные случаи, ибо раньше врач просто зайдя в палату уже начинал работать. Неудобство доставляет и то, что меры предосторожности в виде того же защитного костюма обезличивают как самого пациента, так и врача, и исчезает такой важный аспект мотивации пациента к выздоровлению, как личный контакт. И еще много чего костюм не позволяет, но от этой специфики никуда не уйти.

КСТАТИ…
В госпитале есть негласный принцип, который звучит так: гораздо важнее правильно раздеться, чем одеться. Это о выходе из «красной зоны»…

Что показала пандемия

Беспрецедентные меры по обузданию пандемии на примере того же госпиталя НИИ-ККБ № 1 Краснодара показали, как важно было принимать решения различных инстанций слаженно и оперативно. Даже поставка и размещение сложного и дорогостоящего оборудования могла просто не вписаться в такую тривиальную вещь, как возможность электросетей обеспечить требуемую мощность. Да и ресурсы тех же кислородных резервуаров были отнюдь не «пандемийные». Но главный врач Владимир Порханов сумел быстро решить узкие вопросы, и уже через две недели клиника смогла войти в плановый режим лечения и проведения операций, в том числе и по трансплантации органов. Самым же неожиданным итогом наблюдений за развитием болезни было то, что наиболее тяжелой формой страдали молодые люди. В дальнейшем это внесло много корректив в протоколы лечения, поскольку течение болезни постоянно менялось. Это требовало постоянного нахождения медперсонала рядом с тяжелыми больными, ибо вопрос жизни или смерти решался порой в течение трех-четырех минут. И надо отдать должное краснодарскому медперсоналу: практически всем составом, от начала пандемии и до дня нынешнего, он остается на своем посту, и к ним приходят все новые добровольцы!

Красная зона

Об участии медиков в Бородинском сражении сохранились очень скупые свидетельства. Поскольку количество оставшихся на поле брани раненых исчислялось десятками тысяч, уже просто валившиеся с ног врачи отошли в Можайск и там организовали пункт по оказанию помощи тем, кого смогли доставить специальные обозные команды. Затем в русской истории будут и Даша Севастопольская, и хирург Пирогов, а сегодня их дело продолжают достойные наследники!

Автор:Александр Анастасов

Поделиться в facebook
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в telegram